суббота, 25 февраля 2012 г.

Выдуманное одиночество капитана подводной лодки


Я жду, когда мама скажет, что эти отношения не будут значить для меня ровным счетом ничего, как только мне исполнится сорок три. Или отделается поговоркой, мол, в море полно другой рыбы. А еще там куча китов, ракообразных, обломков кораблекрушения и около дюжины военных субмарин.
Джо Данторн «Субмарина»


В 1951 году Джером Сэлинджер посеял в литературную почву семена нового характера – Холдена Колфилда. Через 57 лет в Уэллсе взошел роман Джо Данторна «Субмарина» (или «Интимный дневник Оливера Тейта»), в котором отдаленно похожий на сэлинджеровского героя мальчик Оливер Тейт решает свои семейные, социальные, сексуальные и интеллектуальные проблемы.
К Холдену Колфилду можно относится по-разному – с симпатией, равнодушием или неприязнью, а вот Оливер Тейт - персонаж скорее отталкивающий. Он – иллюстрация разговоров о детской жестокости, но благодаря незаурядному интеллекту (точнее, высокому мнению о своих умственных способностях) Оливер возводит в квадрат примитивное стремление к насилию над более слабыми. Герой «Субмарины» не может похвастаться мускулами, да и смелостью первобытной эпохи, когда торжествовала парадигма «кто сильнее – тот и прав». Оливер верит в силу разума, в способность "задавить" всех интеллектом, хотя, на деле, большинство его планов идут прахом из-за любви к разглагольствованиям. Он идеальный злодей боевика, который часами рассказывает о своих планах, достижениях и умных словах, выписанных из словаря. Между тем, жертвы перепиливают веревку и скрываются из вида, что заставляет Тейта размышлять о несправедливости мира.

Джо Данторн


Но даже с таким отталкивающим главным героем у штурвала повествования «Субмарина» не теряет одну важную черту. Этот роман – квинтэссенция юношества. Без колфилдовских признаний в нелюбви к кинематографу и поездок в гости к взрослому, который, возможно, все объяснит и разгонит тучи душевных невзгод. Оливер Тейт видит себя в мире одиноким, вынужденным мириться с глупыми ровесниками, неидеальными родителями и заурядными людьми, которые изображают из себя звезд вселенского масштаба. И бороться с этими ветряными мельницами приходится при помощи цинизма. Правда, как бы Оливер ни хотел казаться самому себе отпетым негодяем, которые, как известно, всегда популярны у девушек, он скорее аморфный подлец, который плюет в спину и кладет кнопку на стул. Некоторые операции Тейта гораздо масштабнее – один раз он даже забросил сандалии маминого приятеля на ветку дерева.

Жизнь Оливера не желтая подводная лодка...

«Субмарина» будто строится на антитезе: наполеоновские планы и муравьиные поступки, не знающая преград любовь до гроба и разочарование в женской сентиментальности, как если бы Оливер хотел купить настоящий пистолет, а ему подсунули водяной. Главная проблема – ощущение, что ты знаешь, как нужно вести себя всем во всем мире, но абсолютное недоумеваешь, когда речь заходит о собственном поведении. Тейт ненавидит себя, когда начинает говорить не то, что думает, делает не то, что хочет. А когда ему удается вести себя так, как, он считает, нужно себя вести, это вызывает отторжение (зачастую не только у читателей, но и у героев романа, которые на протяжении книги больше подыгрывают Оливеру, чем живут своей жизнью).

...она больше похожа на старую ванну
(кадр из фильма "Субмарина")


Хоть зачастую Оливера Тейта и хочется поминать на все лады нехорошими словами, Джо Дантерну не откажешь в одном: он показывает читателю маленькое отвратительное зеркало, в котором, конечно, видны не все ошибки школьных лет, но многие недостатки, которые казались достоинствами. Трудно уйти от параллели с «Над пропастью во ржи». Герои романов немного похожи, с той лишь разницей, что Колфилд должен вызывать симпатию как мыслящий паренек, который понял несправедливость мира. Но он её не вызывает, потому что его внутренние демоны, как и демоны Оливера Тейта, это обычное человеческое одиночество, явление, в большинстве случаев спровоцированное или выдуманное.

Комментариев нет:

Отправить комментарий