вторник, 5 июля 2011 г.

Философ-вивисектор


Японский писатель - Кобо Абэ


…в начале двадцатого века были прецеденты - ткнешь пальцем в писателя, а он оказывается практикующим или уже завершившим работу на лечебном поприще врачом. Начиная с пятидесятых годов, многие выпускники медицинских вузов почему-то передумали работать по профессии. После Второй Мировой войны изменились социальные условия, нужды и интересы общества, и почти за полвека до легендарного аргентинца, лидера революционного движения на Кубе, вектор развития личности изменил японский писатель Кобо Абэ (Абэ Кимифуса). Он не стал врачом, хотя окончил медицинский факультет Токийского императорского университета.

Не стал Кобо Абэ и лекарем человеческих душ. Как писатель Абэ скорее вивисектор, и, в первую очередь, японец препарирует себя. Линией разреза оказываются отношения между мужчиной и женщиной – ключевая для многих романов писателя тема. Из книги в книгу Кобо Абэ строит теории относительно поведения и мировоззрения слабого пола, но именно эти, кажущиеся верными, умозаключения в конце произведения неизбежно опровергаются столь же верными. Читатель превращается в Ники Дзюмпэя – героя самого известного романа японского писателя «Женщина в песках» - оказывается в ситуации постоянной борьбы с поступающей, сыплющейся в яму информацией. Когда роман подходит к концу, то эмоциональная и интеллектуальная борьба, изматывающая практически до физического зуда, остается внутри книги, а «песка» вокруг читателя столько же, сколько было вначале. Абэ почти не дает ответов, он выкапывает яму, на дне которой читатель может обнаружить капли живительной влаги. Каждый роман - это притча. В них прослеживаются влияния Кафки, Достоевского, Гоголя и других классиков мировой литературы.



Кацусика Хокусай
"Большая волна в Канагаве", 1823—1831


Вслед за этими писателями яркий представитель японского авангарда послевоенного времени не может пройти мимо язв общества. Кобо Абэ общество обличает: изолирует, как жуков или мух, двух людей – мужчину и женщину, чтобы показать равнодушие властей и тех, кого мы считаем товарищами, знакомыми, даже членами семьи. Лишает главного героя лица, вынуждая того сделать себе маску, и оказывается, что общество давно скрыто под личинами – тысячами и миллионами фальшивых лиц. И социум эволюционировал – привык жить с этими фальшивыми маркерами личности («Чужое лицо»).

В писательском методе Кобо Абэ чувствуется нотка медицинского вмешательства – подробные описания животных, слоев кожи и её реакции на внешние раздражители. Японец не просто раскладывает окружающий мир по полочкам, он опускает каждый предмет в спирт иносказательного притчевого сюжета, чтобы потом массивными абзацами размышлений провести вскрытие. От субъекта мало что остается, но нельзя сказать, что Абэ исчерпывающе раскрыл многие темы. Скорее, он двигался к неизвестному результату, вновь и вновь сталкивая мужчину и женщину в разных нестандартных ситуациях, в которых находили отражение знакомые человечеству межличностные конфликты.

Комментариев нет:

Отправить комментарий